Европейские страны находятся от нас «через дорогу», поэтому многие исколесили их вдоль и поперек. США же подальше, за океаном, и стереотипы, начиная с «Города желтого дьявола» и «Одноэтажной Америки», и заканчивая рефреном выступлений Задорнова про тупость американцев, у большинства обитателей пост - советского пространства прочно сидят в подсознании.

Нынешней осенью десять человек, представляющих белорусскую интеллектуальную элиту, провели три недели в США на стажировке и увидели заокеанскую страну в совершенно неожиданном ракурсе.  

- Это была стажировка по одной из программ Агентства США по международному развитию «Community Connections», что в переводе означает: сотрудничество профессиональных сообществ, - говорит директор Института системных инноваций АНДРЕЙ ЖАЛЕВИЧ. - В организации стажировки участвовали Совет по международным программам из Чикаго и вашингтонская организация «World Learning». Около полувека назад американское правительство разработало несколько целенаправленных программ, предусматривающих помощь странам, пострадавшим в ходе Второй мировой войны, и одним из направлений была профессиональная, образовательная поддержка. В течение уже многих лет минский офис Агентства США по международному развитию проводит конкурсы на участие в стажировках по этим программам, и мне удалось выиграть один из них.

Корр.: Много ли у вас было соперников? И в какой сфере вы стажировались?
А.Жалевич: В конкурсе участвовало огромное количество претендентов, возможно несколько сотен, а стажировался я по теме «Развитие экономического и бизнес – образования». Обучение мы проходили в Чикаго, в штате Иллинойс, и лишь на два дня выезжали в Спрингфилд и Преорию. Спрингфилд – это столица штата, а Преория – штаб-квартира корпорации Катепиллер.

Корр.: Какое впечатление на вас произвела поездка?
А.Жалевич: Впечатление потрясающее, потому что все оказалось на несколько порядков выше, чем мы могли себе представить! К примеру, какая разница в учебном процессе между нашими вузами и американскими? У нас читаются лекции, преподавателям даются часы, чтобы они могли заработать, а там практически нет лекций. Прежде, чем идти на занятия по бизнес – симуляции или на тренинг к преподавателю, студент сначала в аудио, видео или Интернет формате прослушивает и изучает все необходимые материалы по теме. Это считается самоподготовкой. А остальное время он занимается интенсивной интеллектуальной работой с преподавателем и в команде. Но речь в этом случае идет не о какой-то абстракции, - общей ситуации на рынке и так далее. Во время работы студент и профессор решают реальные экономические вопросы, непосредственно касающиеся компании, откуда студент пришел учиться, независимо от того является он ее владельцем, или пока у него нет своего бизнеса.

Корр.: Выходит, в бизнес – школах бизнесмены повышают свою квалификацию?
А.Жалевич: Есть разные бизнес – школы. В Америке очень сложная и запутанная система высшего и пост - высшего образования. Первым делом там все заканчивают школу, то есть учатся двенадцать лет, чтобы поступить в колледж или сразу же в бизнес – школу, институт, университет. Но традиционно американцы сначала поступают в колледж.

Корр.: Это что-то вроде нашего техникума?
А.Жалевич: Только на первый взгляд. Американский колледж дает знания, порой, даже серьезнее, чем наш институт или университет. Колледжи у них двух видов: во-первых, двухгодичные, - наподобие нашего техникума. Человек идет туда, чтобы подготовиться к поступлению в университет, но занимается целенаправленно, делая акцент на экономику, естественные науки, искусство и так далее. Есть колледжи четырехгодичные. Два года в них готовятся к поступлению в вуз, а еще в течение двух лет получают квалификацию. После окончания финансового колледжа, к примеру, можно уже работать на Уолл-Стрит. Некоторые колледжи имеют статус даже более высокий, чем университеты. В общем, система образования в США очень сложная, там много разных форм и отсутствует жесткая стандартизация, как у нас. У нас присвоили учебному заведению статус училища или техникума, и все! А у них просто так исторически сложилось, что данное учебное заведение - это колледж. Но его закончить, возможно, престижнее, чем какой-нибудь известный университет. Мы посещали колледж, в рамках которого на правах факультетов работают институт искусства и институт медиа. В нашу группу входили деканы, проректоры, заведующие кафедрами ведущих белорусских вузов. И одна из моих коллег воскликнула: «Ничего себе у них училище!» А я с сожалением подумал, что рядом с таким «училищем» проигрывают даже наши университеты!

Корр.: Что входило в программу вашей стажировки?
А.Жалевич: Каждый день мы посещали одну из ведущих бизнес – школ США. Тут я должен сделать небольшое отступление. В мире сейчас 15 тысяч бизнес – школ, но международные рейтинги составляются лишь на пятьсот самых престижных из них. И в число этих пятисот, к сожалению, не входит ни один вуз СНГ. А мы посещали те, которые находятся в первой двадцатке. Мы побывали в бизнес – школе Бута, занимающей второе место после Гарварда во всех рейтингах, и считающейся очень авторитетной среди международных корпораций. Общались с заместителем по науке и исследованиям школы менеджмента Келлог, которая считается в мире номером один среди школ менеджмента. Школа менеджмента Келлог – это высший пилотаж при подготовке топ – менеджмента международных корпораций, она даже обставляет Гарвардскую бизнес – школу! Все наши лекции, семинары и тренинги были посвящены таким темам, как «новые методы бизнес – образования», «новые подходы к бизнес – образованию», «новейшие бизнес-концепции» и так далее. Нас знакомили с прогрессивными советами по организации бизнес – школ и корпоративных университетов или корпоративных образовательных центров.

Корр.: Что значит – корпоративных?
А.Жалевич: Сейчас объясню. Мы побывали в учебных центрах и университетах двух корпораций: корпорации Катепиллер, у которой сто тысяч сотрудников, и поэтому есть свой корпоративный университет, и корпорации Мак-Дональдс, у которой, примерно, полмиллиона сотрудников во всем мире. Они получают образование в четырех университетах, один из которых находится в пригороде Чикаго. Я ехал туда и думал: сейчас покажут, как обучают выпечке или еще чему-нибудь в этом плане! Мне почему-то казалось, что там занимаются официанты, повара, ну, в крайнем случае, директора ресторанов. Оказывается, слушатели университета - только высший топ-менеджмент, который руководит даже не ресторанами, а национальными или региональными сетями ресторанов в разных странах: Корее, Японии и так далее. А директора ресторана там не учатся: это чаще всего исключение, это слишком низкий уровень для такого университета! То же самое у Катепиллера: в их университете обучается только высший менеджмент.

Корр.: Признаться, дальше родных курсов повышения квалификации, которые расцениваются многими, как дополнительный отпуск, мое воображение пробуксовывает!
А.Жалевич: В США не тот вариант! Непрерывное непрекращающееся интенсивное образование, развитие и саморазвитие пронизывает буквально всю деятельность международных корпораций. В образование вкладываются сумасшедшие деньги, разрабатываются такие образовательные ноу хау, которые нам и не снились! Обучение, тренинг, саморазвитие – вот самый главный вопрос в стратегии всех корпораций. Не случайно же в университетах, колледжах, бизнес – школах, где мы были, целые структурные подразделения занимаются развитием методов обучения.

Корр.: То есть программа не стоит на месте?
А.Жалевич: Программа меняется ежегодно! Меняются и методы подготовки, поскольку там невероятная конкуренция между бизнес – школами и университетами!

Корр.: Бизнес – школы конкурируют друг с другом? Или речь идет об их конкуренции с университетами?
А.Жалевич: Все конкурируют друг с другом. Бизнес – школы, как правило, функционируют в рамках университетов и конкурируют между собой: одна стремится «отбить» студента у другой, - скажем, у школы искусств.

Корр.: Но ведь это совершенно разные сферы?
А.Жалевич: Ну, и что? Почему бы не перетянуть студента? А человек, выбирающий бизнес, может колебаться между юриспруденцией и бизнес – школой! В Чикаго есть так называемая «университетская миля», где на квадратной миле в деловом центре находится более 30 университетов. И в одном небоскребе могут располагаться сразу два университета: десять этажей, скажем, занимает один университет, а двадцатью этажами выше размещается другой. Хотя мы посещали и старые университеты, вроде Доминиканского, который расположен в пригороде Чикаго. Там все в традиционном виде: старинные здания, плющ, виноградник, возвышенная атмосфера… Словно в средневековье попадаешь. В нем учатся студенты со всего мира. В некоторых университетах лишь треть студентов составляют американцы. Остальные иностранцы. Образование в США очень дорогое. Самое дешевое оказалось в одном колледже, и стоило 30 тысяч долларов в год. А в школе менеджмента Келлог оно обходится почти в полмиллиона. Но, несмотря на сумасшедшую стоимость, образование доступно всем. Главное, - поступить в тот или иной престижный вуз.

Корр.: И это называется доступное образование? Допустим, человек поступил, а платить как?
А.Жалевич: Если человек поступает, ему государство выделяет беспроцентный заем.

Корр.: Но это доступно только гражданам США?
А.Жалевич: Да, это доступно только гражданам США. Но выпускник, скажем, бизнес – школы Бута, получает такую работу, которая позволяет в течение нескольких лет возвратить государству выделенный на учебу грант. То есть, если человек поступает в Гарвард, Стэнфорд или бизнес – школу Бута, то проблемы с деньгами у него не будет.

Корр.: А как же умудряются платить иностранцы?
А.Жалевич: В американских вузах полно выходцев из Азии. Бизнес в Индии и Китае растет, как на дрожжах. Так что, может, родители за них платят, может, они сами в состоянии это делать. Особенно много учится в США китайцев. Вообще, должен сказать, что образование в США – это большой бизнес. Если один студент платит в год 100 или 300 тысяч, то это же миллионные обороты для университета! Поэтому конкуренция между вузами невероятная, а, значит, и борьба за качество обучения – сумасшедшая! Условия для работы преподавателей и обучения студентов там просто замечательные! Аудитории круче, чем офисы самых крутых московских и минских компаний, которые мне довелось посещать. Я впервые увидел такую удобную и практичную офисную мебель, как там, у нас такая просто не продается. Руководство делает все возможное, чтобы переманить у другого вуза лучшего преподавателя, потому что тогда студенты станут еще более конкурентноспособными, когда окончат учебу. А те после окончания вузов становятся членами Клубов, Союзов или Сообществ выпускников и приглашаются на заседания Советов университетов, где помогают регулировать политику по дальнейшему развитию. Они заинтересованы в том, чтобы их вузы расцветали, а вузы заинтересованы в том, чтобы выпускники сделали хорошую карьеру.

Корр.: Своеобразная реклама вузу?
А.Жалевич: Совершенно верно. Приходят в университет новые абитуриенты, и видят целую галерею портретов процветающих выпускников! Впечатлит, кого угодно!

Корр.: Но что из американского опыта смогут внедрить в своих вузах ваши коллеги по стажировке, если у нас вся система образования загнана в очень жесткие рамки?
А.Жалевич: Важно то, что они хотя бы посмотрели, как с этим дело обстоит в США. Беда в том, что почти все преподаватели белорусских вузов в штыки воспринимают любое замечание по поводу недостаточного уровня образования в нашей стране. Многие почему-то думают, что достигли совершенства, и интегрироваться в мировое сообщество ученых им незачем.

Корр.: Это идеологическая мифология, укоренившаяся еще с советских времен: мы – самые читающие, образованные и духовные, и по сравнению с нами американцы – полные неандертальцы!
А.Жалевич: Я тоже поехал туда с советскими мифами об Америке в голове. И за три недели все они рухнули! Ведь по телевизору даже небоскребы кажутся непривлекательными. Но в действительности они вписываются в архитектурный ансамбль и по-настоящему красивы! В Чикаго и пригородах, к примеру, живет 10 миллионов человек, но на улицах поразительно чистый и свежий воздух, которым мы наслаждались во время прогулок. Там много зелени, парков, красивые цветники. В речке, на которой стоит Чикаго, совершенно прозрачная вода изумрудного цвета. Все это свидетельствует о жестком экологическом контроле в США. Мы знаем по выступлениям Задорнова, какие американцы, якобы, тупые. А я убедился в правоте моего коллеги, который сказал, что в Америке собрано все самое лучшее и все самое худшее. И подобное, видимо, притягивает подобное. Задорнов выступает обычно в русской общине, члены которой часто занимают только низшие слои американского общества. А те американцы, с которыми я общался, объездили весь мир и настолько интеллектуально развиты, что я был приятно поражен! Они задавали вопросы о Беларуси, и было понятно, что эти люди полностью владеют ситуацией в нашей стране, хотя нам часто приходится слышать, что американцы даже не знают, где она находится! А они прекрасно информированы о нашей продукции, рынке, о политической и экономической ситуации, обо всех наших соседях и взаимодействии с ними, о проблемах и взаимоотношениях между Россией и Беларусью.

Корр.: Я далека от мысли, что «американцы тупые», но сейчас вы меня удивили!
А.Жалевич: Повторяю, мы общались с образованными американцами: выпускниками вузов, их преподавателями, и людьми, занимающими ведущие позиции в компаниях. И эти люди демонстрировали свою интеллектуальность, культурность, интеллигентность, и все – с приставкой «сверх». И, конечно же, духовность. Потому что один из моих стереотипов, с которым я расстался: Америка бездуховна и безнравственна!

Корр.: Ну, да: секс, бокс, джаз!
А.Жалевич: Во-первых, американцы религиозны, и большинство из них утро субботы и воскресенья проводят в церкви. Во-вторых, жители района, где я жил, сплошь - волонтеры. Что это такое? Человек в свободное время, скажем, безвозмездно собирает мусор в своем районе. Идет с пакетиком и собирает. И никто ему спасибо не скажет, да он на это и не рассчитывает, а просто тихо и спокойно делает доброе дело.

Корр.: И фотографию с субботника в газету не поместят? И о количестве убранного мусора не отрапортуют?
А.Жалевич: Не поместят и не отрапортуют. Я, наверное, единственный, кто фотографировал это необычное для нас явление. Или, скажем, американцы добровольно дежурят на раздаче одежды для малоимущих. Какая-то корпорация выделила несколько грузовиков теплой одежды или обуви для детей, и кто-то должен все это раздать. И люди с удовольствием это делают в выходные дни, а потом все вместе отдыхают. Мои коллеги и я сам участвовали в таких мероприятиях вместе с семьями, где мы жили.

Корр.: Вас разместили в семьях?
А.Жалевич: Да, мы жили в семьях. Небоскребы для деловых центров, офисов, гостиниц, а живет Америка, как правило, в небольших коттеджах. Американцы часто даже не запирают домов, когда идут в магазин или на пару часиков в кафе. Как моя бабушка делала в деревне.

Корр.: Можем ли мы в нашей стране в наше время использовать американский опыт по бизнес – обучению? И как?
А.Жалевич: Для себя лично и для Института системных инновация я взял много полезного, и опыт этот, конечно же, буду использовать. Не углубляясь в дебри, приведу для иллюстрации элементарный пример. В одном из вузов на семинаре, который вела 80-летняя преподавательница, на столах у присутствующих лежали детали конструктора Лего. Честно говоря, мы ничего не поняли. Но она после занятий объяснила, что бизнес – тренеру важно знать, как аудитория воспринимает его занятия. Если человеку неинтересно, он рисует в блокноте чертиков. И преподавателю трудно сориентироваться, от скуки он что-то чертит или конспектирует? А когда он начинает машинально собирать конструктор, бизнес – тренер видит, что его занятия кому-то неинтересны. Значит, что-то нужно срочно менять. Всем этот прием очень понравился. Я не могу сказать, что нас обучали чему-то глобальному. Вся прогрессивность американского обучения состоит из мелочей. Но по ним видно, что люди постоянно и непрерывно думают над тем, как совершенствоваться, развиваться и повышать свою конкурентноспособность. Потому что если они упустят время, то конкуренция их уничтожит. А вообще, американскому опыту области бизнес-образования, в области интернет-образования мы планируем посвятить несколько семинаров-круглых столов. Самое ближайшее из наших мероприятий, на котором мы будем обсуждать в том числе и американский опыт, полученный во время стажировки в США – это «Зимняя школа e-Learning», которая пройдет в конце января 2011 года в живописном месте под Минском.

Корр.: Вы сдавали в конце стажировки экзамены?
А.Жалевич: Каждый из нас писал небольшую «выпускную работу» и защищал ее. Я защищал свою работу перед бизнес – тренером компании Моторола, у которого черный пояс по такому иструменту развития бизнеса как «шесть сигм».

Корр.: А это еще что такое?
А.Жалевич: Это такая концепция повышения качества и развития бизнеса в целом. Видите, мы об этом даже не слышали, а для них это вчерашний день. У нас произошел забавный случай. Все белорусские вузы сейчас внедряют ИСО, и вот приходят руководители университетов на очередную встречу и спрашивают: а как у вас ИСО? А для американцев ИСО – это 70-е годы, у них внутренние системы качества гораздо жестче, чем международные! Поэтому на Мотороле вопросы об ИСО вызывали лишь улыбки.

Корр.: А как у американцев проходит аккредитация вузов и колледжей?
А.Жалевич: Государственная система аккредитации у них – жесточайшая! Там требования такие, что я не уверен, прошел ли бы какой-нибудь из наших вузов аккредитацию в Штатах. Но это всего лишь начальный шаг, без него они просто не могут открыться. Причем, государственная аккредитация непрерывная: ежеквартально - аудиты, проверки и так далее! После получения государственной аккредитации вузы могут работать на рынке образовательных услуг. Но этого недостаточно, поскольку студенты их выбирают по рейтингам. Поэтому вузам приходится проходить аккредитацию независимых международных ассоциаций и ассоциаций бизнес – школ.

Корр.: Ну, про быт, видимо, не стоит и спрашивать!
А.Жалевич: Мы общались с переводчиками, которые переехали в США из СНГ. Моя переводчица, к примеру, бывшая минчанка. Жилье купить себе не успела, и снимает этаж в доме за 500 долларов.

Корр.: Целый этаж? За такую сумму?
А.Жалевич: Целый этаж: несколько спален, кухня, душ… Мне, кстати, в Минске советовали: ты хоть сала с собой возьми, а то там пища безвкусная, есть невозможно! Полная чушь! Везде, где мы бывали, очень вкусно готовят. Американцы едят много салатов, зелени, и очень мало - мяса. У них популярны вегетарианство, занятия йогой и здоровый образ жизни. Наши хозяева, к примеру, ложились спать самое позднее в десять вечера, да и то потому, что у них были гости. А обычно они ложатся в девять, а встают в 4-5 утра. Нашим хозяевам за 70, но они оба работают и не ради денег, а только потому, что любят свою работу.

Корр.: Их никто не выставляет с работы, как наших пенсионеров?
А.Жалевич: У обоих маленький бизнес, поэтому их никто не выставляет. Хозяин врач, педиатр, у него небольшая практика, и он арендует кабинет, где ведет прием посетителей. А в фирме хозяйки работают всего пять человек вместе с ней. Они шьют для заказчиков со всего мира ширмочки для поликлиник. И годовой оборот фирмы – 3,5 миллиона долларов. Компания моих знакомых в Минске и миллиона долларов на 50 человек не получает!

Корр.: А кризис там ощущается?
А.Жалевич: О кризисе говорили все, где мы бывали: анализировали причины, искали новые парадигмы. В этой области работают все их экономисты и бизнес – теоретики. Но, честно говоря, я думал: а что бы мы увидели, если бы приехали не во время кризиса? Да, о кризисе говорили абсолютно все, но я не видел никаких его внешних проявлений. Одна корпорация, где мы побывали, производит для всего мира дистанционные курсы. Она даже удвоила свои обороты во время кризиса. Американцы прекрасно понимают, что нужно обучать персонал, но это дорого, и поэтому ищут пути удешевления. А дистанционное образование – это один из путей, как уменьшить бюджет на образование персонала.

Корр.: А какие антикризисные меры там наиболее популярные?
А.Жалевич: В рамках страны, естественно, постоянно вливаются новые деньги в экономику, а в рамках корпораций сокращаются расходы, бюджеты и даже увольняются сотрудники. Но в одной корпорации признались: воспользовавшись сокращениями на рынке, они наняли хороший персонал, который в перспективе им очень понадобится. Кризис для американских корпораций – дело привычное, поскольку он для них просто цикличное явление. Поэтому не стоит сравнивать кризис, который переживают американцы, с кризисом, который свалился на наши компании. У американцев накоплены фонды в благоприятное докризисное время, и если корпорация или компания сейчас терпит убытки, то просто немножко сокращает расходы, и за счет фондов что-то амортизирует. А если бы у наших предприятий были подобные фонды, то на них сразу же положили бы глаз контролирующие органы. Нашим компаниям такие фонды сложно создать, но еще сложнее их сохранить. Поэтому зачастую белорусская компания в жесточайшей депрессии, а хозяин ее не чувствует, поскольку вывел все деньги из бизнеса. Причем, все так делают, и вряд ли их можно за это осуждать за это.

Корр.: Практики – бизнесмены охотно идут в бизнес – школы для «повышения квалификации»?
А.Жалевич: Очень охотно. Иногда за их учебу платят корпорации, иногда они платят сами. 90 процентов учащихся бизнес – школ - люди с опытом работы и университетским образованием. Я познакомился со студенткой бизнес – школы университета имени Томаса Морриса и спросил, реализует ли она на практике знания, которые получила? Она сказала: «Безусловно! Все, что изучаю в Чикаго, сразу же применяю в работе в!» Эта женщина оказалась маркетинг – директором крупной сетью ресторанов по всему миру со штаб-квартирой в Нью-Йорке и у нее в подчинении несколько сотен человек.

Корр.: Поэтому они и готовы платить за учебу такие большие деньги!
А.Жалевич: Да, их учат самым современным инструментам развития бизнеса. Но прежде, чем вложить в это полмиллиона долларов, они всегда анализируют, стоит ли это делать? Какой будет отдача? А если вкладывать, то куда именно: в Гарвард, Стэнфорд или другой университет? Ведь деньги – это инвестиции, которые должны окупиться! А деньги, вложенные в образование – это инвестиции в интеллектуальный капитал, в человеческие ресурсы – а это один из самых главнейших факторов бизнеса в эпоху информационных технологий и эру информации и знаний!

Анна Артюшкевич,
специально для газеты
«Антикризисное Управление»

Комментарии (0)