Ответы Андрея Жалевича на вопросы Анатолия Витковского, журналиста «Ведомости-Вуз» (проект газеты «Ведомости»). Вопрос Анатолия Витковского:
По данным исследования, в период с октября 2008 года сократили персонал 43% российских компаний, а по Москве - 38%, причем, в ноябре-декабре прошлого года было сокращено 29%, а с начала 2009 года - всего 9%. Что, на Ваш взгляд, означают эти цифры? 43% - это много или мало? С одной стороны вроде бы не много, поскольку в условиях серьезного экономического кризиса логично сокращать все "лишние" расходы. С другой стороны некоторые компании в первые месяцы сократили так много людей, что теперь вынуждены набирать новых сотрудников.

Комментарий Андрея Жалевича:
Это мало, если пользоваться старыми системами координат, традиционными взглядами и теми категориями, которые относятся к той системе ценностей и той экономической модели, которые привели к глобальному кризису. Но это очень много для тех новых бизнес-моделей, которые ищутся сегодня всеми прогрессивными экономистами во всем мире и которые однозначно ставят на первое место человека и его реальные (заметим реальные) потребности, а уже на второе и далее место рост прибылей корпораций и прирост банковского капитала. Но сегодня правительства всех страх пока еще пытается бороться с кризисом практически теми же методами, которые к нему и привели. Никто сегодня еще не хочет выходить за рамки правил, законов и теорий, установленных в гарвардских учебниках. Так вот для «перевернутой» с ног на голову системы понятий, где реальная экономика подчинена виртуальной, финансам и банкам (об этом писал еще Генри Форд 100 лет назад), а человек самой экономике, то для такой системы этих сокращений маловато. Могли бы или еще будут гораздо большие. Но для правильной альтернативной модели, которая может быть построена на руинах того, что сегодня мы видим, где экономика должна служить человеку (именно, служить, а не использовать), а финансы и банки обслуживать реальную экономику, а не манипулировать ею, так вот для такой модели эти показатели недопустимы. 

Вопрос Анатолия Витковского:
Есть ли в данных исследования нечто такое, на что стоит обратить внимание при принятии управленческих решений либо - при коррекции карьерных стратегий? Либо - принять во внимание, как первые уроки кризиса?

Комментарий Андрея Жалевича:
Кризис, конечно, уже успел обнажить многие наши слабости и показал нам ошибки в том числе и в работе с человеческими ресурсами. Первая из этих слабостей – отсутствие этой работы или ее формальный характер. Везде, где проводились сокращения, есть подразделения HR. Так вот если взглянуть на проблему шире, чем это обычно делается, то увидим, что эти подразделения (в компаниях, где сокращения и увольнения проводились) абсолютно не умеют управлять доверенными им очень ценными ресурсами. Раз HR-подразделения не нашли других выводов, как поступить с людьми, а этих выходов на самом деле целое море, то зачем в компаниях такие подразделения? Часто эйчары нам возражают: «Да мы избавлялись от балласта»… Хорошо дорогие, а что делает на вашем предприятии балласт? Кто его принимал на работу? Это чьи функции: развитие интеллектуально, творческого, кадрового, трудового и так далее потенциала, носителем которого является человеческий ресурс, за который вы отвечаете? Так чего тогда стоят все ваши семинары и конференции, курсы и тренинги, на которые компании круглые суммы тратят. Теории, значит, там давались поверхностные и однобокие. Или для того, чтобы мы задумались об элементарной эффективности, обязательно нужен глобальный кризис?

Вопрос Анатолия Витковского:
В марте некоторые эксперты отметили новую тенденцию разворота российского кризисного тренда. При этом иногда высказываются очень оптимистичные мнения. Цитирую: "Наш кризис был усугублен девальвацией рубля. Вместе с ее прекращением начался процесс восстановления российской экономики. При отсутствии ярко выраженных тенденций во внешней торговле России, сам факт укрепления рубля вызвал приток иностранного капитала. Центральный банк уже не продает, а все больше и больше покупает иностранную валюту. Отток валюты из страны сменился притоком. На фоне прогнозируемой длительной девальвации доллара российский рубль стал надежной гаванью". Новая макроэкономическая ситуация, по оценке оптимистов, сказалась на поведении российского бизнеса следующим образом. "Исчез главный компонент российского кризиса - страх. Исчезновение этого компонента остановило и дальнейшие антикризисные действия бизнеса. Не только снижение увольнений (это тенденция января-февраля), но и начало поиска новой рабочей силы (мартовский период) – вот новая картина российских реалий. Все чаще можно увидеть объявления о поиске сотрудников, в Москве такие объявления
даже стали рассылать по почте...". Согласны ли Вы с такой оценкой? 

Комментарий Андрея Жалевича:
Я еще до нынешнего кризиса вывел такую формулу: «К.Р.И.З.И.С.», где К – конечный, Р- результат, И – игнорирования, З – застоя, закостенелости, И – инициированных, С – самоуспокоением, самодовольством. Эту формулу мы уже не однократно применяли в своей консалтинговой практике. Так вот, часто в таком оптимизме, о котором вы говорите, и видится самоуспокоение и самодовольство, что все скоро пройдет, что зачем меняться, зачем что-то делать кардинальное, будем работать и дальше, как работали. Согласен, что кризис рано (1,5-2 года) или поздно (7-8 лет) пройдет. Но ведь условия старые тоже вряд ли вернутся. А то что возникнут новые технологии, новые бизнес-модели, начнут развиваться новые отношения, родятся новые парадигмы – на это можно дать гарантию в 200%. Конечно, нужно быть оптимистом, но этого мало. Нужно делать все возможное, чтобы максимально соответствовать новым условиям, развиваться, несмотря, на трудности. А лично для меня будет индикатором начала выхода из кризиса экономик постсоветских республик, когда начнется строительство новых предприятий, заводов (и не сборочных или перерабатывающих, а производящих высокотехнологическую продукцию). И когда эта продукция начнет занимать долю американского и европейского рынков – тогда с полной уверенностью скажем, что мы вышли из кризиса. Когда российские, украинские, белорусские, казахские ученые начнут получать нобелевские премии. Когда люди станут гордиться своими странами. Это, мы заметим без индексов и индикаторов, я вам гарантирую. А то, что валюта или акции сегодня покупаются или продаются – это разве серьезный устойчивый показатель развития? Это индикаторы виртуальной бумажной экономики, цель которой – обслуживание развития реального сектора. Деньги и акции, как сегодня могут прийти, так и завтра снова уйдут, примеров ведь таких достаточно. Мы все больше и больше внимания начали уделять не главным, а второстепенным вопросам. Нужно смотреть глубже, в суть!

Комментарии (0)